ИТ-директор «РусГидро» Виталий Шадрин - о приоритетах цифровой трансформации и главных направлениях импортозамещения

01.08.2019
Виталий Шадрин

Директор департамента информационных технологий «РусГидро» Виталий Шадрин в интервью TAdviser рассказал о том, какие задачи цифровой трансформации являются приоритетными для компании, а также как реализуются ключевые проекты ИТ-импортозамещения.


«Все наши усилия по цифровой трансформации должны быть взвешенными и безошибочными»

Виталий Анатольевич, сегодня у всех на слуху выражение «цифровая трансформация». Расскажите, что означает «цифровая трансформация» для Вас? Какие направления этой трансформации являются приоритетными для «РусГидро»?

Виталий Шадрин: Для «РусГидро» так называемая «цифровая трансформация» - это возможность повысить эффективность деятельности без снижения надежности работы наших энергообъектов, даже наоборот – с повышением надежности. Тема это не новая для нас. «РусГидро» имеет достаточно высокий уровень цифровизации, которой компания последовательно занимается, внедряя все новые подходящие технологии в свою работу. Но ИТ-сегмент в мире развивается стремительно, появляются новые возможности. Однако вместе с ними появляются и новые вызовы. Мы работаем в отрасли с непрерывным циклом производства, мы интегрированы в единую энергосистему страны, обеспечиваем бесперебойное энергоснабжение потребителей, поэтому все наши усилия по цифровой трансформации деятельности должны быть взвешенными, безошибочными. И здесь ИТ-блок компании, как врач, руководствуется главным принципом – не навреди! Мы очень внимательно отбираем цифровые технологии, которые позволят нам качественно повысить эффективность производственных и бизнес-процессов. Сегодня мы разрабатываем новую концепцию цифровой трансформации с выделением основных направлений преобразований. В этой работе задействованы все блоки компании.

Мы рассматриваем и отбираем только те цифровые технологии, которые позволят нам оптимизировать управление режимами оборудования, эффективно планировать и осуществлять обслуживание активов, диагностировать и проводить ремонты на энергообъектах по актуальному состоянию, получать своевременную и точную информацию о параметрах надежности и безопасности эксплуатируемого оборудования.

Кроме производственных процессов мы также смотрим на процессы управления предприятием: снижение времени и трудоемкости выполнения рутинных операций казначейства, закупок, бюджетного контроля, учета и отчетности. В концепции, в том числе, рассматриваются вопросы роботизации этих рутинных операций. Это позволило бы снизить нагрузку на персонал и высвободить его для более интеллектуальной работы.

Также нам интересны так называемые «безлюдные» технологии управления и обеспечения наблюдаемости наших объектов. Здесь, по нашему мнению, целесообразно начинать с объектов, находящихся в стадии проектирования и строительства, изначально закладывая применение цифровых технологий, обеспечивающих эти возможности.

Когда вы рассчитываете завершить работу над концепцией?

Виталий Шадрин: Думаю, в течение 3-4 месяцев. Сейчас она находится в фазе активного обсуждения предлагаемых в проекте концепции инициатив.

Вы упомянули «безлюдные» технологии. Каких именно сотрудников можно было бы заменить цифровыми решениями на ГЭС?

Виталий Шадрин: На самом деле наши большие и малые ГЭС по сравнению с тепловыми электростанциями и так практически «безлюдны». В ближайшее время пускаем, к примеру, Нижне-Бурейскую ГЭС мощностью 320 МВт, это средняя по мощности гидростанция. Так вот на ней будут работать всего 32 человека, и это при круглосуточном режиме работы станции. Я не хочу говорить о прямой замене людей цифровыми решениями. Скорее, отметил бы, что, используя цифровые инструменты и технологии, действующий персонал повысит свою эффективность и мог бы, например, осуществлять наблюдение за несколькими объектами одновременно. По той же Нижне-Бурейской ГЭС еще 30 человек из аппарата Бурейской ГЭС будут задействованы в бизнес-процессах, можно сказать, фактически дистанционно. В идеале можно проектировать ГЭС, которой специалисты будут управлять удаленно. Сегодня на стадии проектирования такие технологии уже закладываются, особенно в сегменте малых ГЭС.

Не менее актуальна сегодня и тема импортозамещения. Существует постановление Правительства, требующее от госкорпораций предоставить планы по импортозамещению. Расскажите, какие отечественные решения вы используете, и в каких областях планируете замену иностранных технологий на российские?

Виталий Шадрин: Если речь о директивах по импортозамещению программного обеспечения, которые были приняты в декабре 2018 года, то, конечно, такой план у нас есть. Он был утвержден Советом директоров ПАО «РусГидро» в марте 2019 года. Но еще до выхода этих директив мы уже занимались импортозамещением.

Еще в 2016 году мы поставили задачу замены импортных систем, обеспечивающих информационную безопасностькорпоративной и технологической сетей на российские программные продукты. К таким системам мы относим системы сегментации сетей, защиты периметра, криптозащиты каналов связи, контроля утечек данных из внутрикорпоративных ресурсов и т.д. Первоочередные задачи в импортозамещении мы видели в обеспечении защиты внутрикорпоративных данных, а также в построении комплексной системы информационной безопасности. И эту задачу мы выполнили - сейчас используемые нами решения в этих областях являются российскими.

Развивая тему обработки внутрикорпоративных данных и управления контентом на отечественных программных решениях, в течение 2016-2018 годов мы перевели документооборот Группы «РусГидро» на платформу отечественного производителя - ECM-систему LanDocs, разработанную компанией ЛАНИТ.

Следующим шагом в развитии систем обработки корпоративным контентом стал старт проект по автоматизации бизнес-процессов закупочной деятельности, начиная с планирования, заканчивая заключением договора (включая систему сбора практически любой аналитики в режиме «on line») для всей Группы «РусГидро» на отечественной платформе Norbit Business Trade. Проект находится в фазе запуска в опытную эксплуатацию.

Далее, уже в соответствии с планами по переходу на преимущественное использование российского программного обеспечения, мы инициировали пилотный проект по созданию системы управления активами с использованием российского ПО. С точки зрения импортозамещения это очень важный проект, поскольку, в нем речь идет об автоматизации одного из основных процессов производственной деятельности нашей компании – управление состоянием и развитием производственных объектов, обеспечение надежного и безопасного их функционирования. Сейчас идет процедура выбора исполнителя для реализации пилота.

Планируется, что эта система будет автоматизировать все процессы по управлению активами: учет их структуры, ведение технической документации по каждому активу, планирование ремонтных работ, ресурсов под выполнение ремонтов – финансовых, временных, человеческих. И она также будет включать мобильные решения для персонала, осуществляющего ремонты, обходы и диагностику оборудования.

Следующее направление импортозамещения в части программных комплексов – это системы управления технологическими процессами. В данном направлении идет подготовка концепции построения АСУ ТП и разработка типового проектного решения верхнего уровня АСУТП на российском ПО для ГЭС.


Что вы думаете по поводу импортозамещения ERP? На российском рынке среди очень крупных компаний есть подобные примеры. Например, «Транснефть», широко использовавшая SAP, уже перевела и продолжает переводить многие процессы на отечественные ERP.

Виталий Шадрин: Мы разумно подходим к этому вопросу. Есть предел количества одновременно выполняемых изменений, которые компания, сохраняя устойчивость, может пережить. Нельзя одновременно менять все и сразу. Мы идем по главным направлениям: безопасность, управление активами, системы АСУТП.

При этом стоит отметить, что в части автоматизации финансово-хозяйственной деятельности, если рассматривать Группу «РусГидро» в целом, в основном как по количеству пользователей, так и по числу инсталляций, используется платформа 1С: Предприятие.

В свою очередь, SAP мы рассматривали как комплексное решение, покрывающее несколько основных областей деятельности.

Одна из них - финансово-хозяйственная деятельность, куда входит, в том числе, модуль планирования закупок. Но, как сказал выше, нами было принято решение о внедрении этого модуля в ближайшем будущем на отечественном решении Norbit Business Trade.

А что насчет системного ПО? Возможно ли где-то заменить, к примеру, СУБД Oracle на российские или с открытым кодом? Сейчас на рынке нередки истории перехода с Oracle на PostgreSQL, например.

Виталий Шадрин: В замене Oracle на Postgres под SAP, например, смысла нет: замена фундамента под уже работающими решениями – это как замена фундамента под домом. Это будет просто трата ресурсов компании. Нам ближе другой подход. Мы идем по пути создания вычислительной архитектуры, которая изначально снизу доверху была бы основана на российских системных продуктах – российском системном стеке.

Речь идет о создании в компании, в ЦОДах новой точки роста – аппаратно-программной платформы, изначально реализуемой на российских продуктах, включая вычислительные ресурсы, платформы виртуализации, операционные системы, СУБД. После этого можно будет предъявлять требования производителям отечественного прикладного ПО, чтобы их решения работали на российском системном стеке.

Реальность такова, что производители российских прикладных систем начинают активно портировать их на российский системный стек. При этом заказчики должны создавать свои вычислительные комплексы на упомянутом российском системном стеке, чтобы портированные прикладные системы было на что ставить. Мы именно в этом направлении и двигаемся.

Это то, что касается серверных платформ.

А что с пользовательскими платформами?

Виталий Шадрин:  С пользовательскими платформами аналогично. Нужна полностью реализованная на российском системном стеке пользовательская платформа, которая позволяла бы, в том числе, реализовать и централизованное управление на основе политик, иначе управление пользовательскими рабочими станциями превратится в полный кошмар при числе рабочих станций больше 20 штук.

Для решения этого вопроса мы начали проект, который ставит задачу внешнему рынку разработать платформу автоматизированного рабочего места пользователя с использованием российских системных компонентов. При этом задача должна быть решена для нескольких категорий автоматизированных рабочих мест: стационарных, мобильных, технологических, их у нас в компании пять-шесть категорий можно насчитать.

Еще мы планируем провести конкурс на поставку отечественного офисного ПО, включающего текстовый, табличный редакторы, редактор презентаций, почтовый клиент для пользователей и систему векторной бизнес-графики. И мы предлагаем производителям российского офисного ПО пройти тестирование на соответствие нашим требованиям, чтобы мы могли определить лучшее решение.

Таким образом, в области импортозамещения мы уже более двух лет ведем системную последовательную работу.

Замена модуля закупок на отечественное решение стало одним из первых проектов в ключе импортозамещения в «РусГидро». И вы упоминали, что на базе решения «Norbit Business Trade» создается централизованная система закупок в компании. Традиционно закупочная деятельность не относится к основной, и многие компании не имеют выделенных информационных систем для ее автоматизации. Как вы оцениваете место этой системы в рамках цифровизации вашей компании?

Виталий Шадрин: Закупки являются обеспечивающим процессом, но нельзя недооценивать его важность. Получение качественной продукции и качественных услуг от компетентных игроков с внешнего рынка в сжатые сроки и по оптимальной цене крайне важно. От этого зависит основная деятельность компании, ее эффективность. И от того, насколько оперативно, качественно и прозрачно будут протекать процессы внутри функции закупок, напрямую зависит и ее эффективность.

В «РусГидро» централизованная система закупок действительно активно развивается уже несколько лет. Мы начали проект по ее автоматизации, понимая, что по его результатам мы сможем снизить сроки закупок, повысить прозрачность всего процесса для менеджмента, получить современные инструменты мониторинга и сбора аналитической информации для повышения качества управленческих решений. Безусловно, создание такой автоматизированной системы дополнительно повысит эффективность функции закупок Группы «РусГидро».

Этот проект еще не закончен. Сейчас мы подключаем к нашей закупочной системе подконтрольные общества «РусГидро» на Дальнем Востоке.

Для государственных компаний большую роль в организации процессов закупок играют требования законодательства. С другой стороны – закупки являются частью общекорпоративных процедур, и эффективность этих процессов может влиять на деятельность компании в целом. Как вам удается выстроить баланс между законодательными требованиями и требованиями эффективности внутренних процессов «РусГидро»?

Виталий Шадрин: «РусГидро» полностью выполняет требования 223-ФЗ в области закупок и под эти требования подстроены внутренние процессы, связанные с планированием закупок, их проведением, заключением договоров. Противоречий между интересами компании и 223-ФЗ нет. Даже если этого закона не было бы, мы все равно бы действовали в духе этого закона и формировали бы нашу нормативную базу по принципам: прозрачность и публичность закупок для внешнего мира и субъектов рынка, справедливость и равнозначный подход ко всем участникам закупок, процедуры, нацеленные на выбор наиболее эффективного для компании предложения.

«РусГидро», как и большая часть энергетических компаний, в качестве ERP-системы использует решения SAP. И в большинстве случаев, закупочные операции остаются в «контуре» SAP – в частности, с использованием модуля SAP SRM. Но вы его заменяете на отечественное решение от «НОРБИТ». В чем были причины такого выбора? Вероятно, не только ради факта импортозамещения.

Виталий Шадрин: Это решение не было индивидуальным и непосредственно связанным с программным продуктом «НОРБИТ». Решение о создании централизованной автоматизированной системы управления закупками и подключении к нему дальневосточных обществ «РусГидро» мы принимали, когда уже во всю звучали вопросы, связанные с импортозамещением. Причины были классическими: стоимость владения системой на базе SAP и системой на отечественном решении отличаются радикально, в разы. Нам дешевле поддерживать решение на отечественных платформах.

Расскажите более подробно об этом проекте – какие процессы уже были автоматизированы и какие планируется автоматизировать? Какие важные нововведения появятся для сотрудников департамента закупок с внедрением системы?

Виталий Шадрин: Мы автоматизируем классические процессы для такого рода систем. К ним относится планирование закупок, которое уже запущено в опытную эксплуатацию. Оно включает сбор потребностей в тех или иных услугах и формирование годовых комплексных программ закупок по всей Группе.

Сейчас на этапе тестирования у нас находится функциональность, связанная с инициированием закупок. В итоговом виде система также охватит процессы проведения закупок, ведения реестра договоров и размещения информации о проведенных закупках.

Также реализована интеграция с единой электронной торговой площадкой (ЕЭТП): после согласования закупки пакет документации по ней выкладывается на торговую площадку автоматически.

В каком направлении планируется дальнейшее развитие системы? Какие новые возможности получат пользователи?

Виталий Шадрин: В рамках проекта развития системы запланировано внедрение единого номенклатурного справочника, а также создание инструмента для формирования потребности на уровне отдельной номенклатурной позиции. Будет проведена регламентация процесса управления номенклатурой ТМЦ, работ и услуг, создан классификатор и единый по Группе «РусГидро» справочник. Разработанный модуль системы позволит формировать и агрегировать потребности на основе классифицированных номенклатур, а также формировать лоты на основе сформированных потребностей. Фактически мы оптимизируем процесс закупочной деятельности в Группе «РусГидро» путем централизованного управления ЕНС и, как следствие, увеличим долю централизованных закупок, что, в свою очередь, позволит достичь ощутимого экономического эффекта за счет масштаба закупок (снижение затрат при закупке товаров, работ, услуг с учетом снижения цены закупки в связи с увеличением объемов) и сокращения управленческих затрат.

В ежегодном рейтинге прозрачности закупок «РусГидро» традиционно занимает одно из первых мест среди российских госкорпораций. Как вам удалось добиться таких результатов? Какую роль сыграла автоматизация в обеспечении прозрачности закупочных процессов?

Виталий Шадрин: Это заслуга коллег из департамента закупок. Наша же задача предоставить информацию для них в удобном виде. В этом помогает та самая цифровая трансформация, с которой мы начали.

Источник: TAdviser, 01.08.2019

Другие статьи по теме